Убедительное доказательство, что «выделение» вирусов – это фарс

Автор: Доктор Стефано Скольо, Ph.D, номинант на Нобелевскую премию в области медицины в 2018 г.

Ещё в марте 2020 года я начал говорить о том, что так называемое выделение SARS-CoV-2, проведенное командой Китайского центра по контролю заболеваний (CCDC) Zhu N. et al., (*прим. переводчика: публикация Zhu N. et al – самая первая и основополагающая публикация о выделении вируса SARS-CoV-2) вовсе не являлась процедурой по выделению, поскольку не было проведено никакой очистки вируса, а только культивирование бронхоальвеолярной жидкости некоторых пациентов с пневмонией на клетках почек обезьяны. Как я сказал тогда, эта бронхоальвеолярная жидкость, более или менее отфильтрованная, содержала около 30 миллиардов вирусоподобных частиц, большинство из которых были человеческого происхождения (экзосомы, внеклеточные везикулы и т.д.), которые затем были помещены в культуру клеток почек обезьяны Vero E6.

Кто-то может возразить: ну кого это волнует, был ли вирус выделен, вирус все равно есть и люди болеют. Но проблема именно в этом: чтобы можно было сказать, что причиной заболевания является вирус, а не многие другие возможные факторы, такие как пищевые, экологические и ятрогенные (вызванные самими лекарствами и терапиями), сначала необходимо обнаружить и идентифицировать вирус, что означает провести его изоляцию/ очистку путем выделения из огромной массы миллиардов вирусоподобных частиц, присутствующих в жидкости пациента; а затем, получив выделенный вирус, убедиться, что он патогенный, что он может вызвать заболевание, что возможно только в том случае, если вы протестируете образец, состоящий почти исключительно из вируса, на морской свинке. Потому что даже если патогенный эффект будет иметь место, но материал который вы тестируете, очень неоднороден, то есть состоит из большого количества других элементов, которые могут быть возможными болезнетворными факторами, нельзя будет узнать, является ли ваш предполагаемый вирус действительной причиной заболевания (в данном случае Covid). Таким образом, это суть тех фундаментальных принципов микробиологии, которые называются постулатами Коха.

В своих работах (и еще более подробно в книге, которую я собираюсь опубликовать) я показал, что постулаты Коха не были ни в малейшей степени удовлетворены исследователями, и поэтому нет возможности утверждать, что двусторонние интерстициальные пневмонии и легочные тромбоэмболии, которые составляют суть болезни Covid (и которые всегда существовали, и до 2020 года эти состояния называли не Covid, а их собственными названиями), вызваны каким-либо вирусом, не говоря уже о конкретном вирусе SARS-CoV-2.

Меня жестко критиковали за мою позицию, обвиняли в отрицании, но настоящие отрицатели – это те, кто отрицают истинную науку, желая выдать за достоверное и доказанное только то, что является простой гипотезой. Сегодня мою позицию окончательно подтверждает один из важнейших мировых органов здравоохранения – Американский центр по контролю заболеваний (CDC).

После появления дискуссии о так называемом вирусе уже в 2020 году начали происходить странные вещи. В апреле 2020 года Европейская комиссия делает следующее заявление:
«Поскольку в настоящее время отсутствуют изоляты вируса с определенным количеством SARS-CoV-2…» (“Since no virus isolates with a quantified amount of the SARS-CoV-2 are currently available…”. [1]).
А через некоторое время, в июле 2020 года, то же самое повторяет американский CDC:
«Поскольку в настоящее время нет доступных количественных изолятов вируса 2019-nCoV …» (“Since no quantified virus isolates of the 2019-nCoV are currently available…”. [2]).

Я использовал это утверждение, чтобы показать, как невыделение вируса было также подтверждено основными учреждениями. И все же это их заявление было странным, потому что, даже если они утверждали, что не было произведено количественной оценки вируса, они все равно использовали слово «изолят».

Странность заключается в том, что исходя из логики, «изолят» автоматически является количественно определенным: изоляция означает отделение любого материала, молекулы или организма от всего комплекса, к которому он принадлежит; поэтому в идеале изолят составляет 100% нового полученного изоляционного материала.

Возможно, что 100% изоляция не будет достигнута из-за присутствия некоторых примесей, но в любом случае мы будем говорить об изоляте с чистотой +/- 95%. Хотя, это было бы не идеально, потому что, если я должен быть уверен, что определенная бактерия или «вирус» является патогенным, я должен проверить его патогенность в чистом изолированном состоянии, или я всегда буду в сомнениях, потому что какой-либо патогенный эффект может быть также вызван присутствующими примесями. Но я мог бы хотя бы говорить об очень высокой вероятности патогенности бактерии или «вируса», например 95%.

Основное возражение вирусологов против получения этих очищенных изолятов состоит в том, что вирусы не могут существовать вне клеток-хозяев и, следовательно, не могут быть «изолированы» (выделены) , кроме как посредством клеточных культур. Это необоснованное возражение: так называемый вирус не является живым организмом, поэтому он не может умереть, это молекула, и, следовательно, в изолированном состоянии, хотя он не размножается, он сохраняет свою структуру и, следовательно, может реактивироваться после того, как попадет в другие клетки. И это позволило бы нам определить вирус, правильно секвенировать его геном, а затем количественно оценить его в культурах клеток, куда он помещен после его выделения. Без предварительной изоляции культивирование – это культивирование Бог знает чего!

Даже если мы захотим адаптироваться к модификации постулатов Коха, сделанной Риверсом в 1937 году, то нам продолжает быть очевидно, что для проверки на патогенность используется не выделенный вирус, а культуры клеток, в которых вирус якобы размножается. Но для уверенности в том, что это культуры определенного вируса, сначала необходимо знать этот вирус, а для этого, следовательно, вирус должен быть предварительно выделен/очищен.

В общем, без предварительного выделения/изоляции и очистки вируса все, что из него следует, не имеет смысла. Вот почему утверждение о получении неколичественного изолята не имеет смысла, это противоречие в терминах. Противоречие, которое взрывается во всей своей серьезности в недавнем официальном документе того же CDC.

Центр контроля заболеваний США ответил на два запроса о выделении вируса в соответствии с Законом о свободе информации (FOIA). Это ответ на первый:

Ключевая фраза: «Вирус SARS-CoV-2 может быть выделен из клинических образцов человека путем культивирования в клетках» (“The SARS-CoV-2 virus may be isolated from human clinical specimens by culturing in cells.”).

Это подтверждает то, что мы подозревали, и то, что я повторял в последние месяцы: настоящее выделение – это процесс вычитания, то есть вы вычитаете то, что хотите выделить из комплекса, к которому оно принадлежит. Здесь же изоляция идентифицируется как мультипликативная процедура, культивирование, которое является полной противоположностью изоляции.

Во втором запросе FOIA этот элемент был дополнительно уточнен, потому что человек, отправивший запрос, даже привел определение слова «выделение» из словаря именно для того, чтобы избежать игры с терминологией:

Таким образом, запрос является очень точным. Автор спрашивает, был ли вирус выделен в соответствии с общим определением слова «выделение», как указано в словаре: “To set apart from others” – “Отделить от других”; “Select among others – to separate from another substance so as to obtain pure or in a free state” – «Выбрать среди других – отделить от другого вещества, чтобы получить чистый элемент или в свободном состоянии».

Таким образом, этот запрос не позволяет уйти от ответа. Вот ответ CDC (полный документ прилагается в приложении):

«Определение слова «выделение», данное в запросе, выходит за рамки того, что возможно в вирусологии, поскольку вирусам нужны клетки для репликации, а клеткам нужна жидкая пища. Однако вирус SARS-CoV-2 можно выделить из клинического образца человека, поместив его в культуру клеток, что является определением «выделения», используемым в микробиологии…»

Поэтому, когда вирусологи говорят, что они выделили вирус, они не имеют в виду, что они очистили его, отделив от остального органического материала, в котором он обнаружен. Нет, они имеют в виду противоположное, то есть для них «выделять», означает приумножать, размножать, что прямо противоположно значению термина «выделение».

Например, это ответ китайских ученых из группы, которые впервые в мире заявили, что изолировали SARS-CoV-2 [3], на запрос о разъяснении, сделанный моим другом и немецким журналистом Торстеном Энгельбрехтом:

На вопрос, проводилось ли ультрацентрифугирование биологического образца пациентов китайскими исследователями в градиенте плотности (метод, используемый для очистки биологического материала), исследователи отвечают: «Как упоминалось выше, образцы были скорее обогащены, чем очищены …»

Это подтверждает то, что я сказал выше: процесс, обычно используемый в вирусологии, ничего не очищает, то есть он не выделяет, а обогащает, то есть умножает и без того сверхсложную секрецию пациента в столь же сложной культуре клеток, учитывая, что клетки почек обезьяны имеют ту же генетическую и молекулярную сложность, что и человеческие клетки пациента.

Утверждение CDC, приведенное выше, представляет собой яркое и неоспоримое подтверждение: вирусы не могут быть выделены в правильном смысле этого слова, потому что это «…за пределами того, что возможно в вирусологии».

Мы уже ответили на жалкое оправдание, которым CDC оправдывает эту неспособность произвести выделение, что вирусы нуждаются в клетках для репликации, но мы повторяем: CDC заявляет, что вирусы нуждаются в клетках для «репликации», а не для выживания именно потому, что вирус, не являясь живым организмом, не может умереть, это молекула нуклеиновой кислоты в капсуле липопротеина. Таким образом, так называемый вирус может быть выделен, как и любая другая молекула, и, как и все молекулы, их активность определяется их структурой. Затем, выделив предполагаемый интактный вирус, после очистки и анализа его можно культивировать на здоровых клетках, и эту культуру использовать для тестов на патогенность.

Удивительно то, что экзосомы, которые неотличимы от вирусов и имеют тот же размер и структуру, что и предполагаемые вирусы [4], напротив, всегда правильно выделены [5]. Так почему же вирусологи не поступают так же? Может быть, потому что им придется признать, что попытка выделить потенциально супертоксичные вирусы на самом деле приведет к выделению безвредных экзосомов? Таким образом дальнейшие тесты на патогенность показали бы, что токсичность и патогенный эффект полностью отсутствует, и это поставило бы самые основы вирусологии в фатальный кризис.

Итак, вирусологи настаивают на создании нечетких культур без каких-либо предварительных знаний о вирусе, который они хотят протестировать, с полностью манипулированными и сфальсифицированными доказательствами его патогенности.

Вирусологи заявляют, что в клеточной культуре присутствует патогенный вирус, потому что клетки Vero (клетки почек обезьяны), на которые наносится экстракт секрета пациента, начинают умирать через 3 или 5 дней. По их мнению, без какого либо предварительно выделения вируса, это является доказательством того, что в секрете пациента присутствует патогенный вирус, который убивает клетки Vero. Но каждый раз, когда этот эксперимент «вирусологического выделения» проводится посредством теста цитопатических эффектов (клеточной патогенности) на клетках Vero, вирусологи никогда не утруждают себя проведением адекватного и правильного контрольного эксперимента, чтобы проверить, что произойдет с теми же самыми клетками Vero без введения какой-либо жидкости взятой у пациента.

Иногда контроль осуществляется, но манипулятивным способом. Китайские исследователи Zhu et al. [6] провели клеточное культивирование стандартным образом и обнаружили, что через 4 дня клетки Vero начали умирать; в контрольной культуре без введения предположительно инфицированного материала происходило то же самое, но через 6 дней. Это было интерпретировано как указание на то, что вирус присутствовал в посеве, куда был внесен предположительно зараженный материал! Но помимо этого двухдневного различия, которое не является достаточным, чтобы делать какие-либо выводы, авторы скрыли тот факт, что две культуры были разными: культуры «с вирусом» были клетками рака легких, а культуры контрольной группы – клетками почек обезьяны (Vero), которые явно более «надежны» и менее хрупки, чем раковые клетки. В связи с этим, эти данные не имеют никакой ценности. Но в целом даже такой фиктивный контроль обычно не проводится в вирусологии.

Клетки почек обезьян подвергаются тесту на цитопатогенность не в нейтральном состоянии, а с добавлением антибиотиков, гормонов и других синтетических веществ. И поскольку эти ингредиенты тоже являются токсичными, то чтобы утверждать, что клеточная токсичность вызвана вирусом и ничем другим, необходимо параллельно удостовериться, что смесь клеток Vero не разлагается и токсические эффекты не происходят без вмешательства каких-либо секретов пациента. Однако такой проверки никогда не проводят.

Совсем недавно, это сделала команда др. Штефана Ланки, который еще не завершил исследование, так как еще не закончены этапы электронной микроскопии и секвенирования, но он предоставил первые результаты, которые и без того чрезвычайно значительны.

Выше вы можете увидеть слайды культур клеток, предоставленные командой Ланки. Доктор Ланка не добавлял каких-либо выделений от пациентов, предположительно пораженных вирусным заболеванием, но следовал процедуре, обычно используемой самими вирусологами для выделения вируса (культивирования в клетках). Например, это процедура, описанная американской группой исследователей CDC для изоляции SARS-CoV-2:

«Клинические образцы были собраны у пациента, который заразился COVID-19 во время поездки в Китай и был идентифицирован в Вашингтоне, США… Образцы мазков из носоглотки (NP) и ротоглотки (OP) были собраны на третий день после появления симптомов, помещены в 2-3 мл вирусной транспортной среды, использованной для молекулярной диагностики и заморожены. Образцы, положительные с помощью ПЦР, были разделены на аликвоты и повторно заморожены до начала выделения вируса… Мы использовали клетки Vero CCL-81 для выделения… Мы культивировали Vero E6, клетки Vero CCL-81, HUH 7.0, 293T, A549 и EFKB3 в минимальной эссенциальной среде Дульбекко (DMEM) с добавлением инактивированной фетальной телячьей сыворотки (5% или 10%) и антибиотиков/противогрибковых средств… Затем мы трипсинизировали и ресуспендировали Vero клетки в среде DMEM, содержащей 10% фетальной бычьей сыворотки, 2x пенициллин/стрептомицин, 2x антибиотик/противогрибковый препарат и 2x амфотерицин, в концентрации 2,5×105 клеток/мл… Затем мы выращивали инокулированные культуры в увлажненном инкубаторе при 37°C в атмосфере 5% CO и ежедневно наблюдали цитопатические эффекты (ЦПЭ)… Когда ЦПЭ произошел… мы использовали 50 мкл вирусного лизата для экстракции общей нуклеиновой кислоты для тестов подтверждения и секвенирования» [7].

Здесь еще раз подтверждается, что «выделение» в вирусологии используется для обозначения полной противоположности этого слова, а именно культивирования, помещения в культуру, которое осуществляется описанным способом на клетках Vero E6, которые, однако, не находятся в чистом состоянии, а смешаны с различными ингредиентами: 3 антибиотика, дозы которых увеличиваются вдвое или втрое между первой и второй фазами, и которые, как следует из самого термина, являются ингредиентами «против жизни».

Слайды д-ра. Ланки показывают в верхней полосе 4 стадии обработки клеток Vero на 1-й день, а в полосе ниже тех же 4 стадии на 5-й день. Для всех четырех стадий использовалась такая же процедура, которую используют в вирусологии, и аналогичная описанной в статье CDC, о которой говорилось выше, с той лишь разницей, что в этом случае не добавляются какие-либо секреты пациентов с Covid: в 1 день мы начинаем с культуры клеток Vero с небольшим количеством антибиотика; на втором этапе в культуру добавляют смесь нутриентов и глютаминовой основы + телячью сыворотку; на третьем этапе антибиотик увеличивается вдвое / втрое, и при этом уже в первые сутки отмечаются эффекты клеточной дегенерации; которые еще больше усугубляются при добавлении синтетического генетического материала. На стадиях 3 и 4, через 5 дней, без введения каких-либо предположительно патогенных секретов или жидкостей пациента, клетки распадаются в том же состоянии дегенерации (цито-патогенности), которое возникает при добавлении «патогенного» секрета.

Это показывает, что цитотоксический эффект не связан с каким-либо патогенным вирусом, якобы присутствующим в секрете пациента, а возникает спонтанно из-за способа, которым структурирована культура клеток. Поэтому ясно, почему вирусологи никогда не проводят такой контроль. Потому что им придется признать, что секреция, полная так называемых вирусов, не вызывает никакой большей токсичности и патогенного эффекта, чем тех, которые и так происходят в клетках без какого либо секрета.

Таким образом, это окончательное подтверждение, помимо признания CDC, того, что не только вирус SARS-CoV-2 никогда не был выделен, а так же что патогенность так называемых «патогенных вирусов» никогда не была научно доказана.

Последний рубеж, за который могут держаться вирусологи, – электронный микроскоп. Исследователи группы Zhu et al., отвечая на запрос Торстена Энгельбрехта и заявляя, что они не очищали, а вместо этого обогащали предполагаемый вирус, без колебаний утверждают, что существование вируса, тем не менее, доказано фотографией с помощью электронного микроскопа (ЭМ) и что пробоподготовка предназначена именно для ЭМ-анализа. Это результат, который они цитируют, уточняя, что они являются «осевшими, не очищенными вирусными частицами»:

Но, не выделив и не проанализировав вирус, откуда они знают, что те частицы, что видны под электронным микроскопом, относятся именно к вирусу, который они ищут, а не к какому-то другому организму, включая организм человека, поскольку известно, что все секреты человека содержат частицы генов человека (внеклеточные везикулы, экзосомы и т. д.) и составляют до 95% от всех частиц, найденных в этих секретах [8]? На самом деле, они ничего не знают, это просто гипотеза, превратившаяся в достоверность, и вирусологи полностью скрывают тот факт, что есть электронные микроскопические фотографии экзосом, которые выглядят полностью идентичными тем, которые приписываются коронавирусам:

Фотография экзосомы в ЭМ.

Приложение: Официальный ответ американского CDC с
фирменной подписью.


Источники:

1. European Commission, Working Document of Commission Services, Current performance of COVID-19 test methods and devices and proposed performance criteria, April 16 2020, p.19.
2. Center for Disease Control and Prevention, Division of Viral Diseases, CDC 2019-Novel Coronavirus (2019-nCoV) Real-Time RT-PCR Diagnostic Panel, 13/07/2020, p.39).
3. Zhu N et al, A Novel Coronavirus from Patients with Pneumonia in China, 2019, N Engl J Med. 2020 Feb 20; 382(8): 727–733.
4. Giannessi F et al., The Role of Extracellular Vesicles as Allies of HIV, HCV and SARS Viruses, Viruses 2020, 12, 571; pp. 572-4.
5. Li P. et al., Progress in Exosome Isolation Techniques, Theranostics. 2017; 7(3): 789–804.
6. Zhu N et al, A Novel Coronavirus from Patients with Pneumonia in China, 2019, N Engl J Med. 2020 Feb 20; 382(8): 727–733.
7. Harcourt J et al., Severe Acute Respiratory Syndrome Coronavirus 2 from Patient with Coronavirus Disease, United
States, Emerg. Infect. Dis., Volume 26, Number 6, June 2020.
8. Takeuchi S. et al., Metagenomic analysis using next-generation sequencing of pathogens in bronchoalveolar with respiratory failure, in Nature, SCIENTIFIC REPORTS (2019) 9:12909.

Оригинал статьи
Использован перевод Екатерины Сугак, telegram-канал «Вирусомания»

2021-06-26